Вечная память павшим героям!

 Латвия  1921  коммунисты  расстрел  история  Latvia  Communists  execution  history

Пятьдесят лет назад буржуазно-демократическое правительство Латвии совершило один из многих актов кровавого террора против борцов за свободу. 11 июня 1921 года по приговору военно-полевого суда расстреляли девятерых коммунистов, убили девятерых беззаветных защитников интересов трудового народа. Среди казненных были выдающиеся идейные бойцы рабочего движения, члены ЦК КПЛ Янис Шилф и Август Берце. Свое злодеяние националистические палачи совершили в самый темный второй час ночи у стены Рижской центральной тюрьмы. Под покровом темноты обезображенные тела героев свалили на повозку, отвезли на кладбище Матиса[1], скинули в яму, разровняли и утрамбовали песок, чтобы никто — ни родственники, ни друзья, ни товарищи — не нашли дорогую им могилу. Но у ночи зоркие глаза. Близкие, друзья, товарищи, комсомольцы нашли место упокоения героев борьбы за свободу народа, расстрелянных врагом, несли и возлагали на могилу красные гвоздики, из года в год вывешивали на кладбищенских липах красные флаги свободы, которые 20 лет призывали трудящихся продолжить дело павших героев — борьбу против эксплуататоров и насильников.

Жизнь и героическое дело павших не были напрасными. Социалистическая революция победила[2]. Советское правительство и освобожденный народ начертали на граните имена героев: «Члены Латвийской коммунистической партии (большевиков), казненные по приказу буржуазного правительства в Рижской центральной тюрьме в ночь с 10 на 11 июня 1921 года: Августс Берце-Арайс, член ЦК ЛКП(б), Янис Шилфс-Яунземс, член ЦК ЛКП(б), Петерис Алкснис, член ЦК ЛКП(б), Виллис Лидумс, Жанис Легздыньш, Фрицис Бергманис, Отто Эглитис, Эдуардс Куммерманис, Готфридс Миеркалнс».

В 1921 году буржуазно-демократический строй в Латвии переживал сильнейший кризис. Насильно оторванная империалистами от дуба России ветвь «независимой Латвии» не зеленела и не цвела. Широкие массы трудового народа страдали от коррупции и произвола государственных органов и полиции, от развала промышленности и самодурства эксплуататоров. Страдали и страдали до тех пор, пока не начали роптать. Многие тысячи безработных требовали работы и хлеба. Рабочие требовали повышения заработной платы, соблюдения восьмичасового рабочего дня и нормальных условий труда. В 1921 году в забастовках участвовало 8500 рабочих. Бастовали докеры, бастовали железнодорожники. Чтобы переломить ситуацию и покончить с забастовкой железнодорожников, правительство объявило военное положение. Бóльшая часть из 127 стачек проходила под руководством коммунистов, которые добились от властей частичного удовлетворения требований рабочих. 1 мая на улицы вышли десятки тысяч рабочих, скандировавших: «Долой правительство Ульманиса[3] и его протухших селедок!»[4]. Взметнулись транспаранты с оптимистическим лозунгом «Да здравствует Советская Латвия в Советской России!».

Бастующим рабочим швырнули несколько кусков хлеба, удовлетворив самые мелкие экономические требования, а штыки направили против Коммунистической партии. Буржуазное правительство приказало установить на крышах домов изготовленные к стрельбе пулеметы, а за заборами и воротами укрыть готовые к нападению отряды полиции и военных. Страх за вложенные и вкладываемые в Латвию капиталы заставил империалистические правительства требовать от своего сателлита твердости в борьбе с коммунистами. И профашистский кабинет Ульманиса—Берга незадолго до своего падения[5] встрепенулся, приказав политической охранке ликвидировать (в который раз!) КПЛ. Оставшиеся на службе со времен царской охранки специалисты по вырыванию ногтей (ценное наследство самодержавия, доставшееся демократии), старые и неисчислимые новые националистические провокаторы и шпионы устроили охоту на людей по всей стране. Число павших от националистического террора коммунистов до сих пор точно неизвестно.

В 1921 году кабинет Ульманиса—Берга, так же как сейчас южновьетнамские марионетки, пытался представить себя западному обществу как «сильное» и одновременно «демократическое» правительство[6]. Поэтому в целях укрепления буржуазной диктатуры разрешалось не только убивать коммунистов за «оказание сопротивления при аресте» или «при попытке к бегству», но и организовывались многочисленные судебные процессы над «коммунистическими террористами». По законам, унаследованным от царской России, за принадлежность к коммунистической организации, за издание, распространение и хранение нелегальной литературы грозили долгие годы каторги, но никак не смертная казнь. Чтобы казнить по приговору «демократического суда», соблюдая «законность», все два десятка коммунистов, арестованных в мае 1921 года в разных местах и при разных обстоятельствах — и в первую очередь членов ЦК Яниса Шилфа и Августа Берце, — их превратили в «террористов» и передали дело в военно-полевой суд. Сопротивлялись при аресте и прибегли к оружию пятеро коммунистов, из них четверо погибли в перестрелке с агентами охранки или умерли от ран в тюремной больнице. К обвинению в качестве «доказательств вины» двадцатки приложили четыре револьвера убитых и несколько десятков патронов. При аресте бывшего бойца-партизана, проведя обыск в его квартире, полиция нашла две старые винтовки и несколько ручных гранат.

Партия еще до подписания Советско-латвийского мирного договора (1 декабря 1920 года)[7] прекратила всякую партизанскую борьбу[8], потому что, как сказал на VII съезде партии Петр Стучка[9], надежда на скорое возвращение Советского правительства в Латвию несбыточна. Партия дала указание своим членам не иметь при себе оружия и не использовать его при провалах, так как нужно переориентироваться на долгую и трудную борьбу за симпатии большинства трудящихся и за их объединение под лозунгом установления советской власти. Все убитые и арестованные в мае вели лишь агитационную и пропагандистскую деятельность, а также были заняты на партийной организационной работе.

Оболгать коммунистов помогала буржуазная пресса, которая жирным шрифтом писала о запасах оружия, изъятых у коммунистов, хотя эти «запасы» не имели никакого практического значения. Куда более невосполнимой потерей были для партии люди, вырванные из ее рядов. Большой потерей стала и конфискация полицией 42 пудов печатного шрифта и немалого запаса коммунистической литературы. А две старые винтовки, несколько револьверов и гранат были лишь реликвиями времен партизанской борьбы, сбереженными для будущего музея революции[10].

Классическим документом глупости и преступного произвола буржуазных националистов является обвинительный акт Я. Шилфа, А. Берце и 18 других коммунистов. Конкретно в данном случае просматривается желание вызвать осложнения в отношениях с Советской Россией, чтобы таким образом заслужить благосклонность своих истинных хозяев — западных империалистов и их разведывательных служб. В приговоре военно-полевого суда «демократической» Латвии по делу Яниса Шилфа и других от 8 июня 1921 года сказано: «Латвийская коммунистическая партия и латвийская коммунистическо-террористическая боевая группа Кретуля, тесно связанные между собой узами нелегальной организации, работали в Латвии под началом Председателя Совета Народных Комиссаров Советской России Ульянова и членов Совета [Народных Комиссаров] Дзержинского и Зиновьева, целью которых было с помощью распространения агитационных прокламаций, нелегальной литературы и брошюр и с оружием в руках свергнуть государственный строй Латвийской республики». Офицеры и судьи буржуазной Латвии этим документом удостоверили свою политическую и юридическую безграмотность.

Среди двадцати подсудимых «коммунистических террористов» был один подросток и 10 женщин. 8 июня 1921 года военно-полевой суд (5 пьяных офицеров националистической армии) приговорили 19 обвиняемых к смертной казни, помиловав одного — помиловав с целью создать впечатление, будто суд что-то расследовал и обсуждал, а не просто формально завизировал приказ вышестоящего начальства. Для обмана и успокоения общественного мнения приговор утвердили лишь девятерым взрослым мужчинам, десять женщин и одного подростка помиловали, заменив смертную казнь на пожизненную каторгу.

Однако националисты опасались протестов общественности и вмешательства правительства Советской России, которое на основании мирного договора могло требовать обмена осужденных коммунистов на [арестованных в РСФСР] контрреволюционеров. Неизвестно точно, какое учреждение или персона запустило ложную информацию о помиловании всех осужденных «коммунистических террористов», но все крупнейшие газеты, включая центральный печатный орган оппортунистской ЛСДРП[11] «Социал-демократ», публиковали эту «новость» и не опровергали ее до тех пор, пока приговор не был приведен в исполнение. Лидеры социал-демократов знали, что осужденные коммунисты не террористы, знали, что коммунистическая партия принципиально не признает индивидуальный террор. Многие социал-демократы лично знали Я. Шилфа и А. Берце. Паулс Калныньш[12], будучи членом Контрольной комиссии Конституционного собрания, посетил тюрьму и своими глазами видел обезображенного пытками политической охранки Берце. Но никто из вожаков оппортунистов публично не протестовал против вынесенного девятнадцати коммунистам смертного приговора, социал-демократическая фракция не осудила с трибуны Конституционного собрания кровавый акт террора, направленный против коммунистов. И только тогда, когда девять беззаветных борцов рабочего движения оказались в могиле, латвийские меньшевики лицемерно объявили, что лично знали «фанатичных коммунистов» Я. Шилфа и А. Берце как людей, «на чьей совести не было никаких помыслов о насилии».

Когда Комиссариат иностранных дел РСФСР и советский посол в Латвии, выполняя указания В.И. Ленина, потребовали обменять осужденных коммунистов на русских контрреволюционеров, свергнутый премьер-министр Ульманис и только что назначенный Мейеровиц[13] лицемерно и подло обещали, оправдывались, а потом и «сожалели». Так же лицемерил «гуманист» президент Чаксте[14]. Мораль «демократического» «высшего общества» оказалась гнилой, с душком, лидеры социал-демократов оказались предателями интересов рабочих.

Несколько слов о павших героях.

Яниса Шилфа-Яунзема, городского рабочего, небольшого роста, худощавого, доброжелательного, с ясным открытым лицом, соратники характеризовали как одного из «самых образованных рабочих Латвии», который «лучше, чем кто-либо другой, умел воплощать в жизнь решения партии и непреклонно стоял на позициях ленинизма» (Я. Круминьш-Пилатс). Я. Шилф был великолепным организатором, устроившим несколько крупных подпольных типографий, в которых сам и работал. «Он не только редактор, издатель, печатник и наборщик “Цини”, но еще и секретарь партии» (П. Стучка). В буржуазной Латвии, в подполье, Я. Шилф организовывал и вел заседания ЦК партии и партийные конференции, был «главным нервом» организации (Я. Янеле).

Август Арайс-Берце, сын батрака, с виду очень серьезный и тихий, отважный партийный работник, для которого «никакие задачи не были сложными или невыполнимыми» (Нейманс-Горе). П. Стучка писал: «Арайс был не только помощником Яунзема, но еще и литератором, он взял на себя обязанности секретаря и кассира. Он был не только пропагандистом и печатником, но и писателем и поэтом». Берце был аскетически самоотверженным исполнителем трудной ежедневной партийной работы. Е. Эфертс-Клусайс пишет о нем: «А. Арайс только на этой великой работе партии по строительству нового мира может развивать и приумножать данные ему творческие способности и сам, будучи малым, стать частью большего».

А. Берце, будучи профессиональным революционером, литературе мог уделять лишь минуты отдыха, по большей части писал в тюрьме или ночью. В подполье буржуазной Латвии он перевел роман Э. Синклера «Джимми Хиггинс», дописал последние страницы рассказа «Смерть Менуса», сочинил несколько стихов. Его последняя публицистическая работа «Советская Латвия не умерла!» — посвященное трагическому дню 22 мая 1919 года[15] воззвание Рижского комитета КПЛ.

Убитые вместе с Я. Шилфом и А. Берце коммунисты Отто Эглитис, Вилхелмс Лидумс, Готфрид Миеркалн, Эдуардс Куммерманис и Жанис Легздыньш занимались транспортировкой, хранением и распространением нелегальной литературы, типографских шрифтов и портативных ручных типографских устройств. Эглитис и Лидумс были работниками Вецгулбенской железной дороги, Эглитис — участник революции 1905 года, отбывший шесть лет на каторге, Миеркалн и Куммерманис — рижские рабочие, в чьих квартирах подпольщики всегда находили безопасное убежище. Легздыньш был участником Гражданской войны, жил в Тукумсе. В период времени с 1919 по 1920 год, когда действовала партизанская группа Кретуля, он поддерживал связь между партизанами и Рижской организацией КПЛ, после прекращения деятельности партизан доставлял в Тукумс нелегальную литературу[16].

Последние двое расстрелянных 11 июня, Петерис Алкснис и Фрицис Бергманис, были солдатами армии буржуазной Латвии, состоявшими в военной организации КПЛ, в чью задачу входила коммунистическая агитация в войсках, обеспечение безопасности на собраниях и демонстрациях и борьба с провокаторами в рядах партии[17].

Пятьдесят лет прошло со дня смерти девяти коммунистов-героев, но сияние их образа не погасло и не погаснет в памяти народа, они снова и снова будут вдохновлять новые и новые поколения молодых коммунистов.

Комментарии

[1] Разумеется, кладбище не находилось в частном владении Матиса. Кладбище названо по имени церкви св. Матиса. Русское население именовало его Матвеевским.

[2] Автор имеет в виду события июня-июля 1940 г.: падение фашистского режима К. Ульманиса и провозглашение Латвийской ССР.

[3] Ульманис Карл Индрикович (Улманис Карлис Август Вилхелмс) (1877—1942) — латвийский правый политический и государственный деятель. По образованию агроном, после Февральской революции 1917 г. — один из основателей и руководителей националистической кулацкой партии Крестьянский союз. Премьер-министр марионеточного прогерманского Временного правительства Латвии. Исполнял обязанности премьер-министра до 17 июня 1921 г. Позже был премьер-министром в 1925—1926 гг. и с марта по декабрь 1931 г., занимал также различные министерские посты. 15 мая 1934 г. осуществил государственный переворот, в результате которого в Латвии был установлен типичный бауэрско-фашистский (кулацко-фашистский) режим. В 1936 г. сам себя назначил президентом Латвии, официально именовался «вождем» и «отцом нации». Заключил соглашение с СССР о вводе в Латвию советских войск в июне 1940 г., под напором мощных выступлений местного населения вынужден был в июле 1940 г. уйти в отставку. Выслан в Ставрополь, а затем в Туркмению. По дороге заболел дизентерией и умер.

[4] Оскорбительное прозвище Временного правительства Латвии. Возникло в связи с событиями 1919 г. Временное правительство Ульманиса было утверждено германскими войсками на оккупированной территории Латвии. Однако после установления в Риге власти Советов Временное правительство бежало в Лиепаю, под защиту германских штыков, но завязало контакты с Антантой. За это командующий германскими войсками генерал фон дер Гольц «сверг» Временное правительство и назначил вместо него «национальное правительство» во главе с А. Недрой. Временное правительство Ульманиса укрылось на пароходе «Саратов» под защитой военных кораблей Антанты. Только после того, как немцы оставили Ригу, оно 9 июля 1919 г. вернулось в столицу. В традиционно рыболовецкой Латвии все понимали, что за три месяца хранения на борту улов неминуемо протухнет (судов-рефрижераторов тогда не было).

[5] Временное правительство Латвии во главе с К. Ульманисом было вынуждено сложить свои полномочия 17 июня 1921 г.

[6] Статья была написана в 1971 г., когда у власти в Южном Вьетнаме находился генерал Нгуен Ван Тхиеу, сохранявший, с одной стороны, весь буржуазно-демократический антураж (многопартийная система, выборы, свобода печати и т.п.), а с другой — превративший эту буржуазную демократию в бутафорию (вплоть до того, что до президентских выборов 1971 г. была допущена всего одна кандидатура — сам генерал Нгуен Ван Тхиеу). В 1972 г. он ввел в стране военное положение, распустил все политические партии (кроме собственной Демократической), развязал массовые репрессии не только против сторонников партизан, но и против буддистов (генерал был католиком) и национальных меньшинств. В 1975 г. диктатура Нгуен Ван Тхиеу пала, Народные вооруженные силы освобождения (НСВО) Южного Вьетнама взяли Сайгон.

[7] Эта дата ратификации мирного договора. Сам договор был подписан в Риге 11 августа 1920 г.

[8] В 1919—1920 гг. в буржуазной Латвии действовала подпольная партизанская группа Кретуля, поддерживавшая постоянную связь с руководством КПЛ.

[9] Стучка Петр Иванович (1865—1932) — видный советский государственный и партийный деятель и деятель международного коммунистического движения. Родился в семье крестьянина. В 1888 г. окончил юридический факультет Петербургского университета, получил степень кандидата юридических наук, работал помощником присяжного поверенного. В революционном движении — с 1895 г., был редактором леворадикальной газеты «Диенас Лапа». В 1897 г. арестован, сослан на пять лет в Вятскую губернию. После ссылки — в Витебске, работал в местных социал-демократических группах. Руководил 1-м съездом социал-демократических организаций Латвии, на котором была создана Латышская социал-демократическая рабочая партия (ЛСДРП), был избран в ЦК ЛСДРП (июнь 1904). В 1905—1906 гг. активно боролся за объединение на территории Латвии ЛСДРП с РСДРП и создания Социал-демократии Латышского края (СДЛК). После Февральской революции 1917 г. — член Петербургского комитета РСДРП и большевистской фракции Петроградского Совета. Участник Октябрьской революции. С ноября 1917 по август 1918 г. — нарком юстиции РСФСР, затем — член Коллегии НКИД. В конце 1918 — начале 1919 г. — председатель Советского правительства Латвии. С марта 1919 г. — председатель ЦК КПЛ, член ЦК РПК(б). Член ВЦИК. С 1921 г. — заместитель наркома юстиции РСФСР, в 1923—1932 гг. — председатель Верховного суда РСФСР. Член Коммунистической академии, создатель и директора Института советского права, профессор МГУ. С 1919 г. — постоянный представитель КПЛ в Коминтерне, член Исполкома Коминтерна. С 1924 по 1932 г. — председатель Международной контрольной комиссии Коминтерна. Перевел на латышский язык I том «Капитала» К. Маркса. Похоронен в Москве, на Красной площади.

[10] Здесь автор повторяет одно из объяснений (в общем-то, дерзкого и даже издевательского характера), которое дали арестованные. Поскольку латвийское политуправление (политическая охранка) широко применяло зверские пытки, многие из подпольщиков носили с собой оружие, чтобы не сдаться врагу живым. Кроме того, в стране процветал ультраправый террор, обычные профсоюзные собрания, не говоря уже о демонстрациях, подвергались вооруженным нападениям протофашистских банд и нуждались в вооруженной же защите. В 1920—1921 гг. в Латвии не раз случались перестрелки между левыми (необязательно коммунистами) и ультраправыми.

[11] Латвийская социал-демократическая рабочая партия — меньшевистская, создана в 1917 г. исключенными из Социал-демократии Латышского края (СДЛК) оборонцами. Единственная легальная «рабочая» партия в первой половине 20-х гг. в Латвии. До 1928 г. — крупнейшая парламентская партия (в 1928 г. заметную часть голосов у ЛСДРП отобрала Рабоче-крестьянская фракция Сейма, за спиной которой стояла нелегальная КПЛ). В 1921 г. из ЛСДРП выделилась правая националистическая группа, вошедшая в буржуазное правительство. В 1924 и в 1927 гг. ЛСДРП участвовала в буржуазных коалиционных правительствах Латвии. Программно партия ориентировалась на австрийскую социал-демократию. После фашистского переворота Ульманиса ЛСДРП была разгромлена, вела незначительную подпольную деятельность под названием «Социалистическая рабоче-крестьянская партия», в этот период отказалась от антикоммунистической позиции и заключила с КПЛ договор о едином фронте. Прекратила существование в 1940 г.

[12] Калныньш Паулс (1872—1945) — видный деятель латвийской социал-демократии, председатель ЛСДРП в 1918—1924 гг. В революционном движении — с 1897 г., в Латышской социал-демократической рабочей партии — со времени ее создания, участник Революции 1905 г., заместитель редактора партийной газеты «Циня». Один из основателей в 1917 г. меньшевистской ЛСДРП. Президент Сейма Латвии в 1925—1934 гг. После фашистского переворота провел четыре месяца в тюрьме. Во время нацистской оккупации оставался в Латвии, принял участие в создании эфемерного Латвийского центрального совета, который планировал взять в свои руки власть после ухода немцев. В 1944 г., как последний президент Сейма Латвии, в соответствии с буржуазной конституцией, тайно утвердил себя главой Латвийской республики и издал распоряжение о формировании кабинета министров. После освобождения Риги советскими войсками эмигрировал в Германию, где и умер.

[13] Мейеровиц Зигфрид Анна (1887—1925) — латвийский правый политический и государственный деятель. Один из основателей в 1917 г. кулацкой партии Крестьянский союз. Министр иностранных дел во Временном правительстве К. Ульманиса. Премьер-министр Латвии с июня 1921 г. по январь 1923 г. и с июня 1923 г. по январь 1924 г. В августе 1925 г. погиб в автокатастрофе при загадочных обстоятельствах.

[14] Чаксте Иван Христофорович (Янис Крисапович) (1859—1927) — первый президент буржуазной Латвийской республики. По образованию юрист. В Революцию 1905 г. — сторонник автономии Латвии, депутат I Государственной думы от Курляндской губернии, примыкал к кадетам. В 1917 г. назначен комиссаром российского Временного правительства в Курляндской губернии. В 1918 г. заочно избран председателем Народного совета Латвии (буржуазный предпарламент), в 1919 г. избран председателем Конституционного собрания. С 1922 по 1927 г. — президент Латвийской республики.

[15] 22 мая 1919 г. войска фон дер Гольца прорвали фронт под Ригой и ворвались в латвийскую столицу.

[16] Ж. Легздыньш был руководителем Тукумской организации КПЛ.

[17] П. Алкснис и Ф. Бергманис были одними из руководителей военной организации КПЛ в Риге.

======================================================================

Опубликовано в журнале «Jautājumi un Atbildes», 1971, Nr. 10.

Перевод с латышского: Тимофей Настин.

Комментарии: Александр Тарасов.

======================================================================

Янис Киперс — советский латвийский историк.

===============================================================================

Число просмотров поста: 16

===============================================================================

Нам нужна поддержка наших читателей.

Если вы ознакомились с содержанием данной страницы, значит вас чем-то заинтересовал сайт "Красная Пенза". Сайт поддерживается Никитушкиным Андреем на собственные средства безработного инвалида III группы. Если вы готовы поддержать финансово проект, пусть даже анонимно, то можете воспользоваться следующей информацией для помощи в оплате размещения сайта (хостинга) в сети Интернет:
* номер российской банковской рублёвой карты - 2202 2008 6427 3097. Средства можно перевести на карту с помощью банкомата любого банка или, например, с помощью "Сбербанк Онлайн".
* BTC(Bitcoin) 1LMUiKrmQa5uVCuEXbcWx2xrPjBLtCwWSa
* ETH(Etherium) 0x7068dC6c1296872AdBac74eE646E6d94595f2e00
* BCH(BitcoinCash) qzrl2ffe4l8k0efe0zaysls48zx83udhfv9rk9phax
* XLM(Tellar) GBHJ33CWEO2I4UFRBPPSHZC6M7KP5RMDVVFG5EURSO6GRIUM3XV2C4TK

Если вам будет необходима квитанция об использовании перечисленных вами средств на оплату размещения сайта "Красная Пенза" в сети интернет (хостинга), то она вам будет предоставлена по первому требованию. Всем откликнувшимся товарищам заранее спасибо за помощь!

 

С большевистским приветом из Пензенской области!

===============================================================================

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.