Возникновение Совета Рабочих Депутатов

Эта статья под названием «Как возник Совет рабочих депутатов» была помещена в Собрании Сочинений Л.Д., том 2, часть 2. — И-R

Октябрь, ноябрь и декабрь 1905 года — эпоха революционной кульминации. Она начинается со скромной стачки московских типографщиков и заканчивается правительственным разгромом древней столицы русских царей. Но, за исключением заключительного момента — московского восстания, — первое место в событиях этого периода принадлежит не Москве.

Роль Петербурга в русской революции не может идти ни в какое сравнение с ролью Парижа в революции XVIII века. Обще-экономическая примитивность Франции и первобытность её средств сообщения, с одной стороны, административная централизация — с другой, позволяли Парижу, в сущности, локализировать революцию в своих стенах. Совершенно не то у нас. Капиталистическое развитие создало и России столько же самостоятельных революционных очагов, сколько центров крупной индустрии, — самостоятельных, но и тесно связанных друг с другом. Железная дорога и телеграф децентрализовали революцию, несмотря на централизованный характер государства, но в то же время внесли единство в её повсеместные выступления. Если в результате всего этого и можно признать за голосом Петербурга первенствующее значение, то не в том смысле, что он сосредоточил революцию на Невском проспекте или у Зимнего дворца, а единственно в том, что его лозунги и методы борьбы находили могучий революционный отклик во всей стране. Тип петербургской организации, тон петербургской прессы становились немедленно образцами для провинции. Местные провинциальные события, за исключением восстания во флоте и крепостях, не имели самостоятельного значения.

Если мы таким образом имеем право поставить невскую столицу в центре всех событий конца 1905 г., то в самом Петербурге мы должны во главу угла поставить Совет Рабочих Депутатов. Не только потому, что это величайшая рабочая организация, какую видала до сих пор Россия. Не только потому, что петербургский Совет послужил образцом для Москвы, Одессы и ряда других городов. Но прежде всего потому, что эта чисто классовая, пролетарская организация являлась организацией революции, как таковой. Совет был осью всех событий, к нему стягивались все нити, от него исходили все призывы.

Что же он из себя представлял?

Совет Рабочих Депутатов возник, как ответ на объективную, ходом событий рожденную, потребность в такой организации, которая была бы авторитетна, не имея традиций, сразу охватила бы рассеянные стотысячные массы, почти не имея организационных зацепок; которая объединяла бы революционные течения внутри пролетариата, была бы способна на инициативу и автоматически контролировала бы самое себя и — главное — которую можно было бы в 24 часа вызвать из-под земли. Социал-демократическая организация, тесно связывавшая в подполье несколько сот и идейно объединявшая несколько тысяч рабочих Петербурга, умела дать массам лозунг, осветив молнией политической мысли их стихийный опыт, — но связать стотысячную толпу живой организационной связью было ей не под силу уже по одному тому, что главную часть своей работы она всегда совершала в скрытых от массы конспиративных лабораториях. Организация социалистов-революционеров болела теми же болезнями подполья, усугубленными бессилием и неустойчивостью. Трения двух одинаково сильных фракций социал-демократии между собою, с одной стороны, и борьба обеих фракций с социалистами-революционерами — с другой, делали абсолютно необходимым создание беспартийной организации. Чтоб иметь авторитет в глазах масс на другой день после своего возникновения, она должна была быть организована на началах самого широкого представительства. Что принять за основу? Ответ давался сам собою. Так как единственной связью между девственными в организационном смысле пролетарскими массами был производственный процесс, оставалось представительство приурочить к фабрикам и заводам*. Организационным прецедентом послужила комиссия сенатора Шидловского.

* На каждые пятьсот рабочих посылался один делегат. Мелкие промышленные заведения соединялись для выборов группами. Право представительства получили также молодые профессиональные союзы. Нужно, однако, сказать, что числовые нормы соблюдались не слишком строго: попадались делегаты от сотни- двух рабочих, даже от меньшего числа. — Л.Т.

Инициативу создания революционного рабочего самоуправления взяла на себя 10-го октября — в момент, когда надвигалась величайшая из стачек — одна из двух петербургских социал-демократических организаций*. 13-го вечером в здании Технологического института уже состоялось первое заседание будущего Совета. Присутствовало не больше 30 — 40 делегатов. Решено немедленно призвать пролетариат столицы ко всеобщей политической забастовке и к выборам делегатов.

* Инициатором выступил меньшевистский комитет, а петербургские большевики заняли вначале враждебно-ультимативное отношение к формально беспартийному органу. Радин, вождь петербургских большевиков до приезда Ленина ставил вопрос так: «Совет рабочих депутатов или партия». Лишь через несколько дней городские большевики послали своих делегатов в Петросовет, хотя на заводах рабочие уже выбрали туда несколько делегатов-большевиков. — И-R.

«Рабочий класс, — говорило выработанное на первом заседании воззвание, — прибег к последнему могучему средству всемирного рабочего движения — к всеобщей стачке».

«…В ближайшие дни в России совершатся решительные события. Они определят на долгие годы судьбу рабочего класса, мы должны встретить эти событии в полной готовности, объединенные нашим общим Советом…»

Это огромной важности решение было принято единогласно — и притом без всяких принципиальных прений о всеобщей стачке, её методах, целях и возможностях, — тогда как именно эти вопросы вскоре после того вызвали страстную идейную борьбу в рядах нашей германской партии. Этот факт нет надобности объяснять различием национальной психологии — наоборот, именно мы, русские, питаем болезненное пристрастие к тактическим мудрствованиям и детальнейшим предвосхищениям. Причиной всему — революционный характер эпохи. Совет с часа своего возникновения и по час своей гибели стоял под могучим давлением революционной стихни, которая самым бесцеремонным образом опережала работу политического сознания.

Каждый шаг рабочего представительства был заранее предрешен, «тактика» была очевидна. Методов борьбы не приходилось обсуждать, — еле хватало времени их формулировать…


Октябрьская стачка уверенно приближалась к своему апогею. Во главе её шли металлические рабочие и печатники. Они первыми вступили в бой и резко и отчетливо формулировали 13-го октября свои политические лозунги.

«Мы объявляем политическую забастовку, — так заявлял Обуховский завод, эта цитадель революции, — и будем до конца бороться за созыв Учредительного Собрания на основе всеобщего, равного, прямого и тайного избирательного права для введения в России демократической республики».

Выставив те же лозунги, рабочие электрических станций заявляли:

«Мы вместе с социал-демократией будем бороться за свои требования до конца и заявляем перед всем рабочим классом о своей готовности с оружием в руках бороться за полное народное освобождение».

Еще решительнее формулировали задачи момента рабочие печатного дела, посылая 14-го октября своих депутатов в Совет:

«Признавая недостаточность одной пассивной борьбы, одного прекращения работ, постановляем: обратить армию забастовавшего рабочего класса в армию революционную, т.-е. немедленно организовать боевые дружины. Пусть эти боевые дружины позаботятся вооружением остальных рабочих масс, хотя бы путем разгрома оружейных магазинов и отобрания оружия у полиции и войск, где это возможно».

Эта резолюция не была пустым словом. Боевые дружины печатников с замечательным успехом производили захват самых крупных типографий для печатания «Известий Совета Рабочих Депутатов» и оказали неоценимые услуги при проведении почтово-телеграфной забастовки.

15-го октября работало еще большинство текстильных фабрик. Для привлечения небастующих рабочих к стачке Совет выработал целую иерархию средств — от призывов словом и до принуждения силой. К крайним средствам прибегать, однако, не пришлось. Где не помогало печатное воззвание, там достаточно было появления толпы забастовщиков, иногда нескольких человек, — и работа прекращалась.

«Шел я мимо фабрики Пеклие, — докладывает Совету один из депутатов. — Вижу, работает. Позвонил. Доложите — депутат от Рабочего Совета. — Что вам нужно? — спрашивает управляющий. — От имени Совета требую немедленного закрытия вашей фабрики. — Хорошо, в 3 часа прекратим работы».

16-го октября бастовали уже все текстильные фабрики. Торговля не прекратилась только в центре города. В рабочих кварталах все лавки были закрыты. Расширяя стачку, Совет расширял и укреплял себя. Каждый забастовавший завод выбирал представителя и, снабдив его необходимыми грамотами, отправлял в Совет. На втором заседании присутствовали уже делегаты от 40 крупных заводов, 2 фабрик и трех профессиональных союзов: печатников, приказчиков и конторщиков. На этом заседании, происходившем в физической аудитории Технологического института, автор этих строк присутствовал впервые.

Это было 14-го октября, когда стачка, с одной стороны, правительственное раздвоение, с другой, — уверенно приближались к моменту кризиса. В этот день появился знаменитый треповский указ: «холостых залпов не давать и патронов не жалеть». А на завтра, 15-го октября, тот же Трепов вдруг признал, что в «народе назрела потребность в собраниях» и, запретив митинги в стенах высших учебных заведений, обещал отвести под собрания три городских здания.

«Какая перемена, — писали мы в «Известиях Совета Рабочих Депутатов», — за 24 часа: вчера мы были зрелы только для патронов, а сегодня мы уже созрели для народных собраний. Кровавый негодяй прав: в эти великие дни борьбы народ зреет по часам!»

Несмотря на запрещение, высшие учебные заведения 14-го вечером были переполнены народом. Всюду шли митинги.

«Мы, собравшиеся, заявляем, — таков был ответ правительству, — что нам, революционному народу Петербурга, тесно в тех ловушках, куда нас приглашает генерал Трепов. Мы заявляем, что будем по-прежнему собираться в университетах, на заводах, на улицах и во всех других местах, где найдем нужным».

Из актового зала Технологического института, где нам пришлось говорить о необходимости предъявить городской думе требование вооружить рабочую милицию, мы перешли в помещение физической аудитории. Здесь мы впервые увидели возникший накануне Совет Депутатов. На скамьях, расположенных амфитеатром, сидело душ 100 рабочих представителей и членов революционных партий. За демонстрационным столом разместились председатель и секретари. Собрание больше походило на военный совет, чем на парламент. Многословия — этой язвы представительных учреждений — не было и следа. Разбиравшиеся вопросы — расширение стачки и предъявление требований думе — были чисто практического характера и обсуждались деловито, кратко, энергично. Чувствовалось, что каждый атом времени на счету. Малейшее отклонение к риторике встречало со стороны председателя решительный отпор при суровом сочувствии всего собрания. Особой депутации было поручено предъявить городской думе следующие требования: 1) немедленно принять меры для урегулирования продовольствия многотысячной рабочей массы; 2) отвести помещения для собраний; 3) прекратить всякое довольствие, отвод помещений, ассигновок на полицию, жандармерию и т.д.; 4) выдать деньги на вооружение борющегося за свободу петербургского пролетариата.

Ввиду бюрократического и домовладельческого состава думы обращение к ней с такого рода радикальными требованиями являлось исключительно агитационным шагом. Совет, разумеется, совершенно не заблуждался на этот счет. Практических результатов он не ждал и не получил.

16-го октября, после ряда приключений, попыток ареста и проч., — мы напоминаем, что все это происходило еще до издания конституционного манифеста, — депутация Совета была принята в «частном совещании» петербургской городской думой. Прежде всего по требованию депутации, энергично поддержанному группой гласных, дума постановила в случае ареста рабочих депутатов командировать к градоначальнику городского голову с заявлением, что гласные будут считать арест депутатов оскорблением думы. Только после этого обратились к предъявлению требований.

Кнунианц (Радин) в своей тюремной камере
Кнунианц (Радин) в своей тюремной камере

«Переворот, совершающийся в России, — так закончил свою речь оратор депутации, т. Радин (покойный Кнунианц), — есть переворот буржуазный, он в интересах и имущих классов. В ваших собственных интересах, господа, чтоб он скорее завершился. И если вы способны быть хоть сколько-нибудь дальнозоркими, если вы действительно широко понимаете выгоды вашего класса, то должны всеми силами помочь народу в целях скорейшей победы над абсолютизмом. Нам не нужно от вас ни резолюций сочувствия, ни платонической поддержки наших требований. Мы требуем, чтоб свое содействие вы оказали рядок практических действий.

«Благодаря уродливой системе выборов, имущество города с полуторамиллионным населением находится в руках представителей нескольких тысяч имущих. Совет Рабочих Депутатов требует, — а он имеет право требовать, а не просить, так как является представителем нескольких сот тысяч рабочих, жителей столицы, а вы — только горсти избирателей, — Совет Рабочих Депутатов требует, чтобы городское имущество было предоставлено всем жителям города для их надобности. И так как теперь важнейшая общественная задача есть борьба с абсолютизмом, а для этой борьбы нам нужны места для наших собраний, — откройте нам наши городские здания!

«Нам нужны средства для продолжения стачки, — ассигнуйте городские средства на это, а не на поддержку полиции и жандармов!

«Нам нужно оружие для завоевания и отстаивания свободы, — отпустите средства для организации пролетарской милиции!»

Под охраной группы гласных депутация покинула зал заседания. Дума отказала во всех главных требованиях Совета и выразила доверие полиции, как охранительнице порядка.

 


По мере развития октябрьской стачки Совет естественно становился в центре всеобщего политического внимания. Его значение росло буквально не по дням, а по часам. Прежде всего вокруг него сплотился промышленный пролетариат. Железнодорожный Союз вступил с ним в тесные отношения. Союз Союзов, примкнувший к стачке с И-го октября, уже с первых шагов вынужден был признать над собою протекторат Совета. Многочисленные стачечные комитеты — инженеров, адвокатов, правительственных чиновников — приспособляли свои действия к его решениям. Подчиняя себе разрозненные организации, Совет объединял вокруг себя революцию.

И в то же время росло раздвоение в правительственных рядах.

Октябрьские дни: закрытый университет
Октябрьские дни: закрытый университет

Трепов шел напролом и гладил свои пулеметы. 12-го он заставил Николая поставить себя во главе всех войск петербургского гарнизона. 14-го он уже отдавал приказ не жалеть патронов. Он разделил столицу на четыре военных района с четырьмя генералами во главе. В качестве генерал-губернатора он грозит всем торговцам съестными припасами в случае закрытия лавок высылкой в 24 часа. 16-го он запер на замок все высшие учебные заведения Петербурга и занял их войсками. Без формального объявления военного положения, он ввел его фактически. Конные патрули терроризировали улицы. Войска были размещены всюду — в государственных учреждениях, публичных зданиях и дворах частных домов. В то время, как даже артисты императорского балета примыкали к забастовке, Трепов непреклонно заполнял солдатами пустующие театры. Он оскаливал зубы и потирал руки в предчувствии горячего дела.

Он ошибся в расчетах. Победило враждебное ему течение бюрократии, искавшее плутовской сделки с историей. Для этой цели был призван Витте.

17-го октября гайдуки Трепова разогнали собрание Совета Рабочих Депутатов. Но он нашел возможность собраться вторично, постановил продолжать забастовку с удвоенной энергией, рекомендовал рабочим впредь до начала работ за квартиры и за взятые в долг товары денег не платить и призвал домохозяев и лавочников исков к рабочим не предъявлять. В этот день, 17-го октября, вышел первый номер «Известий Совета Рабочих Депутатов».

И в этот же день был подписан царем конституционный манифест.

===============================================================================

Число просмотров поста: 42

===============================================================================

Нам нужна поддержка наших читателей.

Если вы ознакомились с содержанием данной страницы, значит вас чем-то заинтересовал сайт "Красная Пенза". Сайт поддерживается Никитушкиным Андреем на собственные средства безработного инвалида III группы. Если вы готовы поддержать финансово проект, пусть даже анонимно, то можете воспользоваться следующей информацией для помощи в оплате размещения сайта (хостинга) в сети Интернет:
* номер российской банковской рублёвой карты - 2202 2008 6427 3097. Средства можно перевести на карту с помощью банкомата любого банка или, например, с помощью "Сбербанк Онлайн".
* BTC(Bitcoin) 1LMUiKrmQa5uVCuEXbcWx2xrPjBLtCwWSa
* ETH(Etherium) 0x7068dC6c1296872AdBac74eE646E6d94595f2e00
* BCH(BitcoinCash) qzrl2ffe4l8k0efe0zaysls48zx83udhfv9rk9phax
* XLM(Tellar) GBHJ33CWEO2I4UFRBPPSHZC6M7KP5RMDVVFG5EURSO6GRIUM3XV2C4TK

Если вам будет необходима квитанция об использовании перечисленных вами средств на оплату размещения сайта "Красная Пенза" в сети интернет (хостинга), то она вам будет предоставлена по первому требованию. Всем откликнувшимся товарищам заранее спасибо за помощь!

 

С большевистским приветом из Пензенской области!

===============================================================================

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.