Хосписы заместо больниц

 хосписы  здравоохранение  реформа  геноцид  hospices  healthcare  reform  genocide

Мария ПАНОВА

 

Помню, когда только покатилось по стране колесо «оптимизации», наш небольшой подмосковный город был ошарашен настойчивым слухом о том, что единственная на весь город и близлежащие посёлки больница будет перепрофилирована в хоспис. До этого у нас благополучно закрыли родильное отделение, и рожениц теперь возят за десятки километров. Перспектива же вместо более или менее доступного лечения получить облегчённый процесс умирания наших жителей, мягко сказать, совсем не обрадовала.

НЕ ЗНАЮ УЖ, прислушались ли руководители района и области к нашему бурчанию или подсуетилось местное медицинское начальство, которое не хотело лишаться ЛПУ, но хотя в больнице и сократили большинство отделений, включая хирургическое, однако всё-таки она осталась больницей. Могло бы показаться, что произошёл мелкий местный казус, если бы не «битва гигантов», развернувшаяся прямо в столице нашей Родины и выявившая опасную тенденцию.

Тут придётся вспомнить историю вопроса. Начиналось всё очень достойно. В конце 1990-х по инициативе врача-онколога Веры Миллионщиковой был создан Первый московский хоспис, который взял на себя благородную миссию оказывать медицинскую, социальную, психологическую, юридическую и духовную помощь умирающим больным и их родственникам. Кроме слов искренней благодарности людям, создававшим, работавшим и работающим по сей день в подобных учреждениях, думаю, никому ничего другого сказать не придёт в голову.

Казалось бы, какое должно было быть продолжение начатому? Москва, как и другие регионы России, действительно остро нуждалась как в хосписах, так и в учреждениях паллиативной медицинской помощи, занимающихся облегчением состояния неизлечимых больных. Вроде бы для осуществления этого нет больших проблем, особенно в Москве. В столичном регионе идёт гигантское строительство, так что построить несколько зданий для хосписов и паллиатива не составляет труда. В крайнем случае можно переоборудовать пустующие здания, которых здесь тоже достаточно. Но московские власти предпочли другой путь…

Вернёмся к организаторам хосписного движения. Незадолго до смерти Веры Миллионщиковой её дочка, сегодня уже широко известная Нюта Федермессер, создала и возглавила первый и единственный в России фонд, занимающийся систематической помощью хосписам и их пациентам, а также единственный в стране эндаумент (целевой фонд, предназначенный для использования в некоммерческих целях) в области здраво-охранения, работающие под благороднейшим девизом «Если человека нельзя вылечить, это не значит, что ему нельзя помочь».

В правление фондом вошли известные уважаемые люди. Понятно, что при таких условиях эта организация была просто обречена на то, чтобы деньги в неё пошли потоком. Я не ставлю себе целью расследовать деятельность данной организации, тем более, как показывает опыт, это чревато большими неприятностями со стороны властей. Просто отслеживаю действия расширяющегося с невероятной скоростью «хосписного движения», создающего впечатление, что оно намерено подмять и во многом заменить собой российское активно «оптимизируемое», а по сути уничтожаемое здравоохранение.

Первый… нет, не звоночек, но набатный бой колокола прозвучал ещё в 2014 году. Тогда, если называть всё своими именами, была захвачена московская больница №11, специализировавшаяся на больных с рассеянным склерозом. И хотя многие пытались протестовать, но уж больно расчётливо был выбран объект: больные рассеянным склерозом просто не в состоянии выходить на митинги, их родственники вымотаны и задавлены страшной болезнью близких, лучшие и самые активные врачи были «оптимизированы» и занимались поиском работы.

К тому же больница-то отбиралась не «просто так». Она должна была послужить наиблагороднейшей цели: паллиативному выхаживанию неизлечимых больных. Почему это должно было делаться за счёт других неизлечимых больных? Может, потому, что именно это здание в таком хорошем центральном месте Москвы кому-то приглянулось? Что вы! Как можно задавать такие вопросы людям, «несущим в мир столько добра и любви»?! Все критические вопросы отпали сами собой, когда во главе бывшей ГКБ №11 встала та самая дочка зачинательницы хосписного движения в России и глава благотворительного фонда, по профессии переводчик-синхронист. Нюта (этим детским именем она сама себя называет) к тому времени уже обзавелась общепризнанным властями и обществом незримым нимбом святости, сомневаться в котором считалось некрасиво и непорядочно, так же как и присматриваться к тому, что же происходит в злосчастной 11-й ГКБ, преобразованной в Центр паллиативной медицины.

Москвич Алексей Митькин так описывает дальнейшее: «В конце 2015-го в 11-й стали происходить неожиданные изменения. Сроки пребывания пациентов в паллиативе стали резко сокращаться, а уровень нервозности повышаться… Свою роль сыграли и чиновники от медицины, придумавшие коэффициент KPI — «оборачиваемости койко-мест». Сначала бабушки, а их больше, чем дедушек, лежали в паллиативе в принципе неограниченное время, потом 28 дней, потом почему-то 27, потом 21, потом 18… Ключевые показатели эффективности росли как на дрожжах. Слава богу и тому, кто имел волю и возможность создать в Москве систему паллиативной медицины: было несколько отделений, в которых принимали несчастных бабуль. Так вот, начался «круговорот бабушек в природе». Вы у нас в этом сезоне ещё не были? Здрасьте вам, давно не виделись… Прикол заключался в следующем: чтобы собрать документы на перевод из одного паллиатива в другой, требовалось две недели. В итоге жизнь «великих путешественников» делилась на неделю «отдыха» плюс две в режиме жизни и смерти. В буквальном смысле… Те, кого выхерили, ой, извините, опять какое-то неполиткорректное слово, из 11-й с приходом туда Нюты Ф. и Ко, разделились на две части — тех, кто тихо помер в домашних условиях в течение двух-трёх недель, двух-трёх месяцев, и тех, кто влился в безумный круговорот».

Да ладно брюзжать-то. Ремонтище отгрохали, зарплаты подняли, особенно нехило, как поговаривают, самой руководительнице… Тесновата стала кольчужка…

На сей раз взгляд сторонников монополии паллиатива и хосписов пал на одну из лучших гинекологических больниц в Москве, которая помогала самым безнадёжным мамашам и давала жизнь самым безнадёжным детям. К несчастью, находится она в историческом, облюбованном элитой центре Москвы. Будущим мамашам с осложнёнными беременностями предложили ездить на окраину — за 50 км в Коммунарку. А два здания филиала №2 (гинекологическое отделение) московской онкологической больницы №1 были переданы Центру паллиативной помощи, то есть прямо в руки Нюте Федермессер.

Не буду здесь вдаваться в поразительные детали этого происшествия. Такие, как явление вооружённых бойцов Росгвардии на собрание недовольных врачей. Такие, как интервью самой Нюты, выложенное в её собственном аккаунте на «Ютьюб», где она говорит прямо на камеру: «Да, я отжала» — и объясняет это тем, что в здании нет вентиляции, лаборатории и реанимации, кстати, подтвердив тем самым, что паллиативные больные воспринимаются руководством как умирающие, которым нужно помочь безболезненно и быстро «уйти», для чего, по мнению нашего «главного паллиативщика», им не нужны ни вентиляция, ни лаборатории, ни реанимация, а только «койка сестринского ухода».

Честно говоря, становится жутковато. Вырисовывается пугающая тенденция: под прикрытием благородной идеи помощи неизлечимым больным и умирающим паллиативные клиники и хосписы не строятся, а активно замещают существующие лечебные заведения. Причём и паллиативная помощь, призванная продлить и улучшить жизнь больных, воспринимается, похоже, исключительно как хосписная. Какая следующая остановка в этом движении вниз? Эвтаназия? Руководители нашего здравоохранения решили всерьёз руководствоваться ироничной песней Владимира Высоцкого: «Если хилый — сразу в гроб»?

Это не шутка. Не стоит слушать то, что чиновники нам сладко поют. Нужно видеть то, что они реально делают. А происходит так называемая оптимизация больниц, то есть сокращение лучших, порой уникальных врачей, замещение действенных препаратов сомнительными дженериками и т.д. Буквально на днях приказом минздрава №1067н были внесены изменения в действующий порядок оказания медицинской помощи пожилым и старикам со старческой астенией, согласно которому уже с 60 лет этим людям будет отказано в бесплатной высокотехнологичной медицинской помощи. Похоже, нам будет гарантировано бесплатно и безболезненно только одно: уход из сего бренного мира.

===============================================================================

Число просмотров поста: 15

===============================================================================

Нам нужна поддержка наших читателей.

Если вы ознакомились с содержанием данной страницы, значит вас чем-то заинтересовал сайт "Красная Пенза". Сайт поддерживается Никитушкиным Андреем на собственные средства безработного инвалида III группы. Если вы готовы поддержать финансово проект, пусть даже анонимно, то можете воспользоваться следующей информацией для помощи в оплате размещения сайта (хостинга) в сети Интернет:
* номер российской банковской рублёвой карты - 2202 2008 6427 3097. Средства можно перевести на карту с помощью банкомата любого банка или, например, с помощью "Сбербанк Онлайн".
* BTC(Bitcoin) 1LMUiKrmQa5uVCuEXbcWx2xrPjBLtCwWSa
* ETH(Etherium) 0x7068dC6c1296872AdBac74eE646E6d94595f2e00
* BCH(BitcoinCash) qzrl2ffe4l8k0efe0zaysls48zx83udhfv9rk9phax
* XLM(Tellar) GBHJ33CWEO2I4UFRBPPSHZC6M7KP5RMDVVFG5EURSO6GRIUM3XV2C4TK

Если вам будет необходима квитанция об использовании перечисленных вами средств на оплату размещения сайта "Красная Пенза" в сети интернет (хостинга), то она вам будет предоставлена по первому требованию. Всем откликнувшимся товарищам заранее спасибо за помощь!

 

С большевистским приветом из Пензенской области!

===============================================================================

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.